Вы здесь:1924-1930

1924-1930


Очерк по истории фундаментальной библиотеки Пермского государственного университета (1924-1930 гг.)

Оломпиев К. С.

Научная библиотека ПГНИУ

Жизнь библиотеки Пермского государственного университета, как и страны в целом, начала налаживаться с 1921 года. Отгремела гражданская война, было покончено с разгулом преступности, и началось восстановление мирной жизни. Библиотека ПГУ, которая пережила частичную эвакуацию, постепенно возвращалась к привычной работе, при этом в первые годы после войны были наиболее трудными. С 1924 года библиотека вновь устанавливает контакты с заграничными книжными фирмами, другими библиотеками СССР и стран Европы. Но ее поступательное развитие вновь будет прервано в 1930 году, когда образовались новые высшие учебные заведения, и принято решение разделить книжный фонд между ними.

К 1924 году в фундаментальной библиотеке Пермского государственного университета работало 8 человек, а книжный фонд составлял примерно 80 тысяч томов[1][1]. Столь скромная цифра объясняется во многом эвакуацией части книг в период Гражданской войны в Томск, недостаточным финансированием в первые годы после установления советской власти. Но наибольшие потери книжный фонд понес в результате того, что большинство книг, которые находились у студентов и особенно преподавателей, не были сданы в библиотеку. Чтобы понять масштаб ущерба, который был нанесен библиотечному фонду, мы обратимся к статистике. Так, к началу гражданской войны, в фундаментальной библиотеке ПГУ находилось около 50 тысяч томов[1][2]. Каждый год руководством университета закупалось примерно по 13 тысяч томов[1][3]. Получается, что в период с 1918 по 1924 годы книжный фонд библиотеки должен был увеличиться на 65 тысяч томов и составить приблизительно 115 тысяч томов. Выходит, что ущерб, который понесла библиотека - около 35 тысяч томов. Цифра немаленькая, а если еще учесть, что это были наиболее востребованные книги, то можно представить какие большие трудности стояли перед руководством библиотеки Пермского университета. В рассматриваемый нами период книжный фонд неуклонно растет, увеличиваясь ежегодно примерно на 16 тысяч томов, достигнув в 1930 году 175 тысяч томов[1][4].

Перед библиотекой встала проблема - недостаток выделяемых денежных средств на закупку новой учебной и научной литературы. Но, если обратиться к первому пятилетнему плану, который, надо отметить, создавался не только для промышленных предприятий, но и для учебных заведений, то предполагалось неукоснительное повышение финансирования библиотеки, при чем цифры были просто фантастическими[1][5]. Кстати, это было в духе времени, так как по всей стране создавались завышенные планы, зачастую невыполнимые. Так в 1928 году на покупку книг выделялось 3 тысячи долларов[1][6]. В следующем году предполагалось увеличить ассигнование библиотеки до 20 тысяч долларов[1][7]. А еще через два года, в 1931 году, сумма, отведенная на нужды фундаментальной библиотеки Пермского университета, должна была составить 50 тысяч долларов[1][8]. Очевидно, что принятый план не мог быть выполнен. Непонятно откуда должны были взяться деньги, если учесть, что в эти годы все силы были брошены для создания новых промышленных предприятий. При этом курс доллара к рублю в этот период заметно повысился. Поэтому можно констатировать, что план оказался лишь планом на бумаге. Если же говорить о реальном финансировании, то его действительно было недостаточно. Показателен тот факт, что в это время книжный фонд библиотеки Пермского государственного университета пополнился книгами, принадлежащими Мотовилихинскому заводу, музею археологии и статистико-экономическому кабинету[1][9].

В торговых сделках с заграничными фирмами, руководству университета зачастую приходилось, за неимением денежных средств, расплачиваться собственной научной литературой, которая была менее востребована в учебном процессе[1][10]. По нашему мнению, приведенные примеры красноречиво говорят о больших проблемах в выделении денежных средств на приобретение новых книг.

Выше речь шла о проблемах количественного увеличения книжного фонда библиотеки Пермского университета, теперь же остановимся на качественном аспекте приобретаемой научной и учебной литературы в данный период. Ранее уже упоминалось, что в предшествующие годы книжный фонд понес большие потери. Много книг было утеряно, при чем это была наиболее востребованная литература. Катастрофическая ситуация сложилась с книгами по прикладной механике[1][11], недоставало учебных пособий по французскому и немецкому языку[1][12]. Полностью отсутствовали книги по истории русской литературы XIX века[1][13]. Все эти проблемы наиболее ярко проявились к 1924 году, и члены библиотечной комиссии попытались провести ряд мер, которые должны были решить эти проблемы. Рассмотрев их, нам станет ясно, насколько действенными оказались мероприятия, проводимые руководством университета, и привели ли они к решению данной проблемы. Первоначально проанализируем периодические издания, выписываемые библиотекой в это время. Действительно, в 1925 году список журналов, которые были приобретены университетом, вдвое превышал аналогичный список 1922 года. Становился доступным Вестник коммунистической академии[1][14]. Появилось большое количество журналов, посвященных медицине, такие как Московский медицинский журнал, Клиническая медицина и др[1][15]. Специально для филологов выписываются журналы Книжная летопись и Новый мир, которые должны были решить проблему нехватки научной литературы[1][16]. Журнал Успехи физических наук был призван удовлетворить спрос студентов на книги и периодические издания по механике[1][17]. Теперь обратимся к иностранной периодической печати. В период с 1924 по 1930 годы, с помощью таких журналов, как английский Modern language review и французский Revue des etudes slaves, пытались решить проблемы с лингвистами[1][18]. Для нужд механико-математического факультета стали выписываться журналы Annales de phisique и Annales der phisik[1][19]. Если в целом оценивать усилия библиотечной комиссии в покупке периодической печати для решения проблем по вышеназванным дисциплинам, можно с полным основанием заявить, что этого было недостаточно. Чтобы доказать это обратимся к статистике. Так, в 1927 году на приобретение периодической литературы по лингвистике выделялось 14 рублей 70 копеек[1][20]. В это же самое время журналы по зоологии стоили университету 341 рубль в год[1][21]. Разница столь ощутима, что становится понятно, что никаких по-настоящему реальных мер для решения проблем сделано не было.

Теперь обратимся к рассмотрению вопроса о покупке руководством Пермского университета научной и учебной литературы. Здесь нужно отметить, что наибольшее количество книг, пополнивших книжный фонд библиотеки в этот период, являлись, так называемой, политической литературой. Это не было чем-то необычным. Так происходило во всей стране, так как руководство советского государства стремилось перевоспитать людей на новый лад. Поэтому в больших количествах закупались труды Маркса и Энгельса, Ленина и Сталина[1][22]. Обновлялись учебники по русской истории. Так, например, в фундаментальной библиотеке Пермского университета появились книги М. Н. Покровского "Русская история с древнейших времен" и Г. Зиновьева "История РКП(Б)" и др[1][23]. Но не стоит думать, что литература, которая увеличивала книжный фонд библиотеки носила лишь идеологический характер. Конечно, произведения классиков марксизма-ленинизма и деятелей большевистской партии преобладали в списке литературы, которая поступала в библиотеку пермского университета. Но наряду с ней книжный фонд в это время пополнился произведениями А. С. Пушкина и М. Ю. Лермонтова, философскими сочинениями Р. Декарта и Б. Спинозы, но в значительно меньшем количестве[1][24]. Фактически, закупка книг не решала проблему с нехваткой учебной литературы. Во многом книги покупались лишь идеологического содержания.

Во второй половине 1920-х годов появляется еще один источник, благодаря которому книжный фонд библиотеки университета значительно пополнился. Восстанавливается книгообмен с библиотеками городов Советского Союза и Европейских стран. С одной из первых были налажены взаимоотношения с университетской библиотекой города Упсала, учебное заведение которого является одно из древнейших в Европе[1][25]. При этом первыми свою заинтересованность проявили финны, которые в декабре 1926 года отправили телеграмму с предложением возобновить сотрудничество между двумя фундаментальными библиотеками[1][26]. После этого о своем желании наладить активный книгообмен заявляет руководство библиотеки Горского педагогического института города Владикавказ[1][27]. Затем взаимоотношения были восстановлены с университетскими библиотеками Москвы и Ленинграда, с государственной библиотекой им. В. И. Ленина и др[1][28]. Нельзя не отметить, что восстановление сотрудничества с другими библиотеками благотворно сказалось на деятельности фундаментальной библиотеки Пермского университета. Это способствовало повышению квалификации сотрудников библиотеки, обмену опытом, пополнению книжного фонда научной литературой. Также следствием этого стала попытка руководства библиотеки вывести ее на более высокий уровень. В это время начала реализовываться идея, которая подразумевала на базе книжного фонда библиотеки Пермского университета создать единую библиотеку для всех учащихся города Перми. В этой связи с 1924 года в библиотеке появляются в больших количествах учебники и пособия, предназначенные для учащихся средне специальных учебных заведений, хотя как мы уже упоминали денежных средств, выделяемых на закупку новой литературы, было очень мало[1][29]. В этот период получают доступ в библиотеку ПГУ учащиеся техникумов и училищ. Одними из первых возможность заниматься в библиотеке и брать книги на дом, получили учащиеся Уральского медицинского техникума, при этом желающих заниматься в университетской библиотеке было около 50 человек[1][30]. К сожалению, эта идея не будет реализована до конца. Во-первых, не позволяло скромное финансирование библиотеки, а, во-вторых, эта инициатива не была поддержана другими учебными заведениями. В 1930 году будет предпринята вторая попытка осуществить этот проект. Но и она провалится. Вновь причиной этого окажется нежелание новых высших учебных заведений осуществить эту идею.

В этот период стало очевидно, что необходимо выработать новый устав библиотеки, который бы четко разграничивал полномочия директора библиотеки и библиотечной комиссии. Новый устав был подготовлен к 1926 году, и был обсужден руководством университета[1][31]. Но утверждение его в Главном управлении профессионального образования затянулось до 1928 года[1][32]. Согласно новому уставу при директоре создавался новый совещательный орган - Библиотечный совет, который составлялся из заведующих отделами и секретаря библиотеки, но по своему усмотрению директор мог ввести в его состав любого сотрудника. Четко разграничивались сферы деятельности библиотечной комиссии и совета. В библиотечном совете решались вопросы внутреннего устройства библиотеки. Вырабатывались методы библиотечной работы, правила пользования книгами, составлялся план работы. Библиотечная же комиссия потеряла свое былое значение. Она становилась связующим звеном, посредником между руководством библиотеки и университета. Нужно отметить, что благодаря новому уставу работа библиотеки Пермского университета стала более отлаженной. Четко определенные полномочия Библиотечного совета и комиссMsoNormalquot;; mso-fareast-language: RU; mso-fareast-font-family: ии способствовали прекращению конфликтов между ними, и не тормозили решение наиболее важных проблем, которые были в библиотеке. Также согласно этому уставу допускалось существование фундаментальной и кабинетских библиотек[1][33]. Необходимо отметить, что это положение шло в разрез с библиотечным уставом 1924 года, по которому кабинетские библиотеки были ликвидированы, и допускалось существование лишь фундаментальной библиотеки. В тексте нового устава они четко разделялись. Было оговорено, что книжный фонд кабинетских библиотек должен будет комплектоваться за счет средств факультета[1][34]. У них имелся свой собственный технический персонал[1][35]. Но, не смотря на большую независимость кабинетских библиотек, вся литература, находящаяся у них, подлежала каталогизации и передаче всей информации о ней в фундаментальную библиотеку Пермского университета[1][36]. Фундаментальная библиотека все равно контролировала деятельность всех факультетских библиотек.

Затрагивая вопрос о составе и работе Библиотечной комиссии, нужно сказать, что в нее на всем протяжении 1920-х годов входило не менее 6-7 человек. Так, в 1926 году, представителями в библиотечной комиссии от агрономического факультета были доцент В. В. Гусев и студент И. Ф. Данилов, от медицинского – профессор А. С. Лебедев, который также исполнял должность председателя[1][37]. Педагогический факультет делегировал профессора Д. А. Сабинина и студента С. И. Безукладникова, а рабфак – Н. А, Кузнецкую[1][38]. Должность секретаря Библиотечной комиссии по традиции занимал директор библиотеки Пермского университета – Н. П. Обнорский. Если же сравнивать этот состав библиотечной комиссии с составом 1927 года, то мы увидим, что список значительно изменился. Свои места сохранили лишь проф. И, С. Лебедев, Н. А. Кузнецкая и Н. П. Обнорский[1][39]. Новыми членами стали И. А. Берзин (представитель Агрономического факультета), доцент М. В. Битовт и профессор А. П. Дьяконов (представители Педагогического факультета)[1][40]. От решения вопросов, касательно работы библиотеки Пермского университета были отстранены студенты, представители от которых отсутствуют в списке 1927 года. Возможно, это было связано с началом гонений на интиллегенцию со стороны советской власти, а студенчество всегда было представителями самого радикального крыла этого социального слоя.

Подводя итог нужно отметить, что в период с 1924 по 1930 годы работа фундаментальной библиотеки Пермского государственного университета была полностью восстановлена. Вновь были налажены взаимоотношения с зарубежными и отечественными библиотеками, при чем инициатива в большинстве своем исходила от руководства других библиотек. Это повышало престиж университетской библиотеки и способствовало улучшению ее работы. Финансирование же библиотеки было недостаточным. При этом даже эти небольшие средства тратились во многом на покупку литературы с идеологическим уклоном. Принятый новый устав библиотеки отодвигал библиотечную комиссию на второй план, а реальное управление велось в совете, который создавался при директоре библиотеки, и четко определял сферы деятельности библиотечной комиссии и совета, что благотворно сказалось на работе библиотеки. Поступательное развитие библиотеки будет нарушено в 1930 году, когда книжный фонд библиотеки будет разделен между новыми высшими учебными заведениями. На ликвидацию последствий этого у руководства библиотеки уйдут долгие годы.


Читайте также:

История научной библиотеки ПГНИУ

Оломпиев К. С.  «На заре славного пути…» .

Оломпиев К. С.  Очерк по истории научной библиотеки ПГУ (1931-1941).

Оломпиев К. С. Из истории научной библиотеки Пермского государственного университета (1940-1946 гг.).

Оломпиев К.С. Роль благотворительности в развитии просветительских учреждений на Урале в начале XX века на примере создания фундаментальной библиотеки ПГУ.

В. Г. Попов, А. В. Шилов. Владимир Дмитриевич Инзельберг: материалы к биографии.

Морковина Н.П., Баринова Т.В. Филиных Зоя Дементьевна: призвание рождает судьбу.


[1][1] Обнорский Н. П. Фундаментальная библиотека Пермского государственного университета // Пермский медицинский факультет. Пермь, 1924. С. 48.

[1][2] Пермский университет. 1966, 13 окт.

[1][3] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 221, л. 336.

[1][4] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 1148, л. 79.

[1][5] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 1158, л. 25.

[1][6] Там же.

[1][7] Там же.

[1][8] Там же.

[1][9] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 1148, л. 65.

[1][10] Там же. л. 144.

[1][11] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 767, л. 15.

[1][12] Там же. л. 20-21.

[1][13] Там же л. 10.

[1][14] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 1146, л. 170.

[1][15] Там же.

[1][16] Там же.

[1][17] Там же.

[1][18] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 1149, л. 85.

[1][19] Там же. л. 90.

[1][20] Там же. л. 72.

[1][21] Там же. л. 25.

[1][22] Там же.

[1][23] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 729, л. 11.

[1][24] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 767, л. 87.

[1][25] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 1148, л. 61.

[1][26] Там же.

[1][27] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 1150, л. 10.

[1][28] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 1147, л. 47.

[1][29] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 767, л. 160-161.

[1][30] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 1148, л. 6.

[1][31] Там же. л. 84.

[1][32] Там же.

[1][33] ГАПК, Ф. Р-180, о. 1, д. 1148, л. 10.

[1][34] Там же.

[1][35] Там же.

[1][36] Тамже. л. 11.

[1][37] Там же л. 36.

[1][38] Там же.

[1][39] Там же. л. 100.

[1][40] Там же.

; mso-ansi-language: RU; mso-bidi-language: AR-SA;

ELiS

AndroidiOS